Психобиография и психоистория

Психобиография и психоистория указали направления рассмотрения вопроса о личности в истории: например, концепция Эриксона о психоисторической связи между разрешением лидером своего психологического конфликта и разрешением группой социальнополитического конфликта является потенциально богатым, но все еще недостаточно разработанным подходом. Применительно к Вильсону такое исследование, несомненно, нужно начинать с того, как морализаторское решение его психологических проблем резонировало с «историческим моментом» (как сказал бы по этому поводу Эриксон) прогрессизмом во внутренней политике и идеализмом во внешней (George & George, 1956). Также потенциально релевантен новаторский подход Лифтона к изучению лидеров и групп, участвующих в разделе исторических «тем» (Lifton, 1986). Таким образом, психобиография и психоистория пересекаются и образуют теоретическое поле, которому только начали пробовать придавать очертания и которое потенциально имеет значение и для истории.

Неудивительно, что некоторые из главных недостатков «Вудро Вильсон и полковник Хаус» отражают теоретическую ограниченность самого психоанализа, особенно психоанализа того времени, когда была написана книга, хотя «поверхностный» подход позволил минимизировать такие последствия. Невротические трудности Вильсона лучше поддаются глубокому анализу, чем его сильны^ стороны. Если говорить о психологическом крыле психобиографов, то это показательно для состояния психодинамической теории (тогда особенно, но также и сейчас). Поэтому хотя большинство психобиографий и признает, что Вильсон интернализировал как сильные, так и слабые стороны своих родителей, к этому, кажется, немного можно добавить.

Комментарии запрещены.